Не так давно я написала... нечто, что распечатала, скрепила и отправила некоторым своим друзьям.
Я подумала, что когда они все получат это нечно на руки, я буду тут выкладывать по-немногу отрывки. Но чем больше проходило времени, тем больше я убеждалась, что ничего тут не появится. Не потому, что мне стыдно за свои слова на бумаге, не потому, что они таят что-то обо мне, чего я не хотела бы говорить, а просто им тут не место уже.
Кроме, пожалуй, одной "главы". Потому что она касается многого происходящего на страницах моего жж.

О том, как всё это бывает.
Самые хорошие тексты пишутся в самом паршивом настроении.
Приползаешь домой, рушишься на кровать, корчишься пол ночи от выедающих мыслей и удушливых слёз. А утром садишься, и начинаешь писать, будто зализывать раны. Залечиваться, забинтовывать, заливать обезболивающим и дезинфицирующим все свои нарывы и разрывы.
Слова – это лекарство. И не так уж и важно, говоришь ты или говорят тебе.
Я делаю первый глоток кофе, хорошего дорогого кофе, в котором я не хочу себе отказывать, и жду когда кофеин и сахар разольются по телу. Я не двигаюсь и почти не ощущаю своё тело, только тяжёлые руки, лежащие на столе и виски, в которых что-то стучит – то ли жизнь, то ли мысль, то ли тишина. Утреннее солнце приятно греет и золотит кожу, за лето в городе мне не так много его перепало и я не по-летнему бледная. Город уже проснулся, но ещё не начал суетиться. Лёгкая музыка ненавязчиво льётся по кофейне, мысли льются на бумагу, будто минуя голову. Я не чувствую того, о чём пишу.
Я пишу о вкусе кофе. О том, что он никогда не станет для меня напитком одиночества, потому что «мои» кофейни всегда полны моих друзей. Сидим ли мы в большой компании, громко смеясь и рассказывая истории, сидим ли мы один на один, доверяя самое сокровенное – всегда рядом есть кто-то, кто посмотрит тебе в глаза и улыбнётся. На стол ставят чашку, аромат кофе пробирается мне в душу, но я не спешу пить. Я представляю лица моих друзей: кто-то щурится от удовольствия, делая первый глоток, кто-то закуривает, чуть исподлобья смотря на говорящего, кто-то всё ещё хмурый, мешает сахар в своём напитке, но и у него через какое-то время станет легче на душе, он улыбнётся и вольётся в общую болтовню.
Я пишу о тепле, которое помещается в маленькой чашке. Потому что в ней не только зёрна кофе, сливки, сахар и ликёр - в ней много больше. В ней все наши встречи, споры и разговоры, все наши улыбки и сомнения, и их разрешения под чьё-то подбадривание. В ней решимость и задумчивость, и согревшиеся ладони и минуты ожидания
Вместе с чашечкой кофе официант приносит в моё утро фейерверк из смеха, слов и тепла моих друзей.
Но сейчас я не чувствую всего этого. Рука просто водит ручку по бумаге, и появляются слова. Кто-то читает их потом и говорит, что так здорово, что у тебя всё хорошо, что такой хороший текст, что поднялось настроение и вообще утро, начавшееся с такого посыла – это хорошее утро.
А я сижу с пустыми глазами и онемевшими ладонями и смотрю на монитор, на котором эти слова превращаются в пепел. Я дала им жизнь, выпустив из себя и передав ближнему, но я не чувствую их тепла, хотя всё то, о чём я пишу – правда.

{lj} Я не пью кофе по утрам, чтобы проснуться.
Я не пью кофе на работе, за стопками бумаг и телефонными разговорами не ощущая его вкуса.
Я не пью кофе вечерами, чтобы не клевать носом.

До моего кофе час езды.
До моего кофе два трудо-дня и полтора вечера.
До моего кофе две двери и три телефонных звонка, после которых можно падать.
Падать в знакомые руки людей, тёплые, привычно ставящие тебя на нужное место, не отвлекаясь от разговора о самой важной ерунде на свете.
Падать в голоса, плетущие гамаки, в которых так комфортно, закрыв глаза ощущать своё "хорррррррошооо".

В моём кофе реснички, которые щекочут кожу, если уткнуться носом Ему в шею и поцеловать за ухом.
В моём кофе книжки, которые ходят между нами, девочками, потому что там написано такое, что непременно нам поможет!
В моём кофе последние новости, давно и тщательно обсуждаемые темы, по которым всё уже сказано, но просто необходимо сказать ещё кое-что.
В нём опоздавшие друзья и запомнившиеся мелодии. В нём только нам понятные шутки, и слишком громкий смех. Первый глоток морозного воздуха, первая затяжка и первый кусочек чизкейка.

Даже если я пью его одна, в нём эта маленькая жизнь. {lj}